Татьяна Дроздовская: в планах еще одна Олимпиада

----------------------

Международная федерация парусного спорта (World Sailing) продолжает экспериментировать. Если до сих пор финальная регата Кубка мира проводилась поздней осенью или зимой, то нынче – в июне. Да и сам розыгрыш, как рассказала многолетний лидер белорусской сборной Татьяна ДРОЗДОВСКАЯ, в испанском Сантандере в классе «Лазер-Радиал» занявшая 13-е место, получился каким-то урезанным.

От призовых отказались

— Признаться, не совсем понятно, какую цель преследовала World Sailing, сокращая календарь кубковых стартов. Обычно он включал пять этапов – в австралийском Мельбурне, китайском Циндао, американском Майами, британском Веймуте и французском Йере и затем финал. А в этом году оставили только регаты в Майами и Йере. Я могу только догадываться, почему это происходит. Этап в Мельбурне многие элитные яхтсмены пропускали, поэтому от него, видимо, и отказались. В Циндао, хотя организаторы завлекали, как могли – в частности, предоставляли материальную часть, — тоже. Следующий розыгрыш будет не намного больше. Он начнётся в октябре в Японии, а продолжится в США и Франции. Финал также запланирован в июне, но с его местом пока не определились. Изначально сообщали, что он состоится в немецком Киле, но затем, видимо, возникли какие-то нестыковки, и на данный момент этот вопрос открыт.

— Сейчас в Сантандере вы гонялись на арендованных яхтах?

— Нет, на своих. Хотя на финалах в Абу-Даби два года подряд в «Лазере-Радиале» и в «Лазере» хозяева предоставляли лодки. А все остальные классы выступали на собственной матчасти, которую доставить туда было довольно сложно. В Испанию привезти её, конечно, проще. Поэтому устроители и не стали брать на себя обязательство кого-то ею обеспечить.

— Приглашения на неё получали только лидеры рейтинга?

— Да. Правда, если раньше таковые посылались двадцатке сильнейших, то нынче – двадцати пяти экипажам. Правда, лишь у нас и в «Лазере» составы оказались практически полными, в других же классах по нескольку лодок не доехало. В «Семидесятке» это предполагалось. У них буквально накануне прошёл чемпионат Европы, после которого многие предпочли отдохнуть. Не все рассматривают эти соревнования как возможность набрать очки для себя.

— Но в случае удачного выступления можно было заработать…

— В том-то и дело, что, в отличие от предыдущих, на этом финале призовые не разыгрывались. Ещё и поэтому, думаю, часть спортсменов не приехала. Сама же регата была организована безупречно – как на берегу, так и на воде. Расстановка классов по времени точно выдерживалась, дистанции постоянно менялись. Если вдруг не было ветра, то откладывались гонки и в других классах, кто по времени должен стартовать: то есть просто так на воде вообще не ждали.

Забыла про течение

— Вам эта акватория вроде знакома?

— Да, два с половиной года назад на ней проводился чемпионат мира. Но условия оказались абсолютно другими. Во-первых, не было такого сильного течения. Во-вторых, ветра было больше. И волна шла совсем с другой стороны. То есть тот опыт совсем не пригодился.

— Для вас регата напоминала качели: одну гонку проводили хорошо, а вторую – неважно…

— К сожалению, именно так всё и складывалось. Каждый раз вмешивались какие-то обстоятельства. В первый день на второй дистанции пришла только 20-й потому, что ветер неожиданно ушёл влево, а мы с бельгийкой Эви Ван Акер, в итоге завоевавшей «золото», оказались в другой стороне – в той, откуда выиграли предыдущую гонку. И наверстать упущенное возможности не представилось. Назавтра у меня не получился старт, после чего опять же догнать  лидеров оказалось нереально. И только в последний день удалось выступить более-менее ровно – придйи 13-й и 5-й.

— Но накануне записали в пассив худший 23-й приход. Что случилось?

— У нас дистанция из трёх петель стояла внутри бухты. Я знала, что нужно учитывать течение. Но во время гонки в запарке  про него забывала и два раза «садилась» на первый знак. И пока потом выкарабкивалась, весь флот улетел. Потом догнала – и на следующей лавировке ту же ошибку допустила:  хотя вроде оставила большее расстояние, но течение увеличилось, и меня опять понесло назад. Из-за этого предпоследней пришла. А уже в следующей гонке в тот же день постаралась учесть все моменты и стала шестой.

— В последний день разозлились?

— Не то чтобы разозлилась, просто ветер дул слабый, а дистанция стояла недалеко от берега, но в море, где волна была накатная, и течение ощутимое, и сама береговая линия играла большую роль. Однако у меня получались полные курсы. Я словила свою «фишку». Хотя выступала на старой матчасти, из-за чего скорости на полных курсах не хватало.

— А почему на старой?

— Дело в том, что новой нормальной лодки у меня нет, а моей австралийской уже четыре года. В прошлом году под Олимпиаду мне купили яхту. Но пока её растаможивали, всё оформляли, мы получили её только в июне. Из-за этого я на ней практически не сидела. И когда в этом году в феврале начала тренироваться, оказалось, что она достаточно тяжёлая. Работая в группе на Мальорке, мне сложно было ею управлять. Когда после вернулась на свою старую, всё гораздо лучше пошло. Но она, к сожалению, уже течёт. А где – найти не можем, понимаем только, что, видимо, раскрывается под нагрузкой, когда на море волны, а в каком месте – обнаружить не удаётся. Большинство же моих соперниц не знают подобных проблем. Та же Ван Акер постоянно пробует новые лодки в поисках наиболее скоростных. Кроме того, и карбоновой верхушки мачт, на которые все переходят, у меня ещё нет. На этапе Кубка мира в Йере на них запретили гоняться, поскольку они ещё не поступили в продажу. В широком доступе их, правда, до сих пор нет, только у дилеров. Но в  Сантандере на них выступали уже все, кроме меня. На данный момент она стоит, насколько знаю, порядка 500 евро. Но вопрос в том, как её правильно купить — провести по документам.  На чемпионате мира в августе всем участникам матчасть, включая такие верхушки, предоставят организаторы. Но её, конечно, важно заранее опробовать. Говорят, она более динамичная, рабочая. А это совсем другие ощущения. Я знаю, что по линии Минспорта поданы заявки на приобретение матчасти. Главное – чтобы она вовремя приходила.

Грядут сокращения

— Чемпионат мира пройдёт в голландском Медемблике, где акваторию за много лет изучили как свои пять пальцев?

— Да, и совсем недавно на Delta Lloyd Regatta я была восьмой. В принципе, мне нравятся тамошние условия, за исключением слабого ветра, в который там очень сложно гоняться. Когда хорошо дует – проблем нет, на это и надеюсь.

— Буквально на днях МОК объявил об изменениях в олимпийской программе, в том числе о сокращении лицензий в парусном спорте. Известно, каким образом это будет сделано?

— Да, 30 квот у нас забрали, у кого конкретно – World Sailing пока не объявила. Я думаю, с целью достижения гендерного равенства урежут мужскую программу. Это может коснуться, в частности, класса «Финн», в котором на Играх  в Рио гонялось 23 лодки. Хотя лично я сократила бы число квот в классах «RS:X», «Лазер», «Лазер-Радиал». Что касается виндсёрфинга, то в нём у женщин лицензии получают все страны, которые хоть сколько-нибудь его развивают. В мужской доске похожая ситуация. Да и у нас 38 лицензий – это много, хватило бы 30 — 35. Но это, повторюсь, мое личное мнение, ничем не подкреплённое. Точно же подтверждено пока лишь то, что классов останется 10.

— Не исключалось, что в олимпийскую программу введут кайт…

— Слава Богу, этого не произошло. Они пробуют проводить гонки. Но это, скорее, цирк или парашютный спорт, чем парусный.

— В ваши планы, надо полагать, Олимпиада-2020 входит?

— Пока – да, не списываю себя со счетов.

— В Токио вы, как председатель национальной федерации, будете отвечать уже за весь парусный спорт, а не только за себя. Прежде всего, там сможем претендовать на участие по-прежнему только в двух классах?

— Мы приложим все усилия для завоевания лицензии и в женской «Семидесятке». Очень надеюсь, что кто-то из девочек, пока выступающих на «420», заметно прибавит и сможет пробиться на Игры. Хотелось бы увидеть в числе олимпийцев и кого-то из парней в «Лазере». Но пока, должна признать,  реальными наши шансы выглядят только в «Лазере-Радиале» и в парусной доске.

— А у вас самой достойной преемницы не просматривается?

— Есть довольно перспективная девочка – 18-летняя  Екатерина Санько. На юниорском первенстве Европы 2015 года в классе «Лазер 4,7» в польской Гдыне она была 12-й. При этом на эту яхту она пересела с «Оптимиста» буквально накануне. Сейчас Катя  осваивается в «Радиале», в котором, надеюсь, в ближайшем будущем и мне окажет достойную конкуренцию, и в мировом флоте заявит о себе. По крайней мере, она не стоит на месте, потихонечку прибавляет. Мы вместе с ней, а также с Максимом Дягелем, Максимом Баглаем тренировались в феврале. Я готова постоянно накатывать её, возить с собой. Но её личный тренер, Екатерина Левчук и отвечающий за молодёжь Сергей Десюкевич считают, что Кате пока нужна ещё другая – юниорская программа. Поэтому решили годик посмотреть, что из этого получится.

— Через пару дней стартует знаменитая Кильская неделя, которую до сих пор вы старались не пропускать…

— Я очень люблю эту регату. Состав участников на ней не всегда бывает сильный, но она очень полезна с  профессиональной точки зрения – нередко  проходит в сложнейших условиях. Поэтому 18-го  уезжаю в Германию.

Источник — «Спортивная панорама»